В Сочи завершился первый этап медицинской и человеческой драмы, связанной с мальчиком Валей Королевым. Напомним, в феврале ребенок получил тяжелейшие травмы лица в результате нападения соседских собак породы хаски. После экстренной эвакуации в Москву и длительного курса лечения в РДКБ, где ему провели ряд сложнейших пластических операций, включая пересадку кожи и начало реконструкции носа, школьник смог вернуться домой к первому сентября.
Параллельно с борьбой за здоровье ребенка разворачивалась другая история, привлекшая внимание общественности. Для помощи семье был инициирован масштабный сбор средств, вызвавший широкий отклик. Однако вскоре выяснилось, что необходимое лечение предоставлялось государством бесплатно, что поставило под вопрос целевое использование собранных миллионов.
По приблизительным оценкам, на счетах семьи оказалось от 6 до 9 миллионов рублей. Дальнейшие события лишь усилили недоумение благотворителей. Значительная часть средств таинственным образом исчезла. Бывшая супруга отца мальчика, воспользовавшись действующей доверенностью, сняла со счетов 3 миллиона рублей. Как установили правоохранители, женщина, ныне находящаяся под домашним арестом, пыталась таким образом возместить многолетнюю задолженность по алиментам, поскольку у Валентина Королева-старшего, помимо пострадавшего сына, есть еще четверо детей.
При выписке из больницы отец признался, что благотворительных средств практически не осталось. Еще около 2 миллионов рублей, по его словам, были израсходованы на текущие нужды, включая аренду жилья для матери ребенка и услуги адвокатов. Ситуация дошла до того, что у семьи не оказалось денег на билеты обратно в Сочи, и отец вновь обратился за финансовой помощью к жертвователям.
Вернувшись домой, Валентин Королев-старший не стал искать работу, а переключился на требования к городской администрации. Чиновники, по его мнению, обязаны предоставить семье автомобиль и помочь с ремонтом жилья, хотя подобные меры поддержки законодательством не предусмотрены. Ранее через муниципальный фонд семье уже была передана помощь в размере 380 тысяч рублей, но отцу этого показалось недостаточно. Его публичные претензии и постоянные требования денег начали вызывать растущее возмущение у тех, кто продолжает следить за судьбой мальчика, отмечая, что бюджет не безграничен, а настойчивость граничит с наглостью.
